14 августа 2007      "Вестник"      Мельбурн     "В Мельбурне открывается уникальный театр"

 

19 августа состоится событие, которого с нетерпением ждали все любители театрального искусства города Мельбурна – презентация русского театра живой поэзии Эмпирей. Сегодня у нас в гостях его актеры Лариса Брауде и Анатолий Леонтьев.


Расскажите, пожалуйста, как вы пришли в театр...


Анатолий. Для меня сцена – часть жизни. Я работал в одном из Одесских театров. И в Австралии всегда участвовал в любительских постановках. Я с удовольствием принимал участие в разного рода вечерах, но всегда мечтал о настоящем драматическом театре...


И ваша мечта сбылась? Как же вы почуствовали, что театр Эмпирей и есть тот самый настоящий театр, о котором вы мечтали?


Анатолий. Я – единственный из актеров театра, кто пришел на набор, предполагая, что театр будет из себя представлять, по крайней мере, его репертуар. Со стихами Миллера я познакомился лет восемь назад, когда мы дважды проводили по его творчеству поэтические композиции в клубе Муза, когда еще Слава не жил в Австралии. Мне попали в руки три первых его сборника, и я читал на этих вечерах его стихи. Тогда никто и подумать не мог, что через два-три года Вячеслав Миллер будет жить в Австралии, в Мельбурне. Когда я увидел объявление о наборе в театр поэзии, я первым позвонил Славе, затем мы с ним встретились, и он мне объяснил суть проекта. Я с радостью поддержал эту идею. В его стихах есть глубокое содержание и сила страсти, поэтому актерам такие стихи интересны.


Лариса. Его стихи на мой взгляд еще и очень красивы. Честно говоря, я до набора ничего о Славе не слышала, а потому в начале отнеслась к идее с недоверием. Театр поэзии и драмы, как было указано в объявленнии о наборе, заинтересовал меня больше как раз своей первой характеристикой – поэзией. Я с детства любила поэзию, читала стихи на разных культурных мероприятиях... Но для меня поэт – это было что-то такое мифическое. Знаете, стихи пишут многие, а поэтов единицы. Как говорила Цветаева: Не бывает поэтов, бывает поэт.  Знакомство с настоящим поэтом представлялось чем-то нереальным. Думаю, что многие приходили на набор с подобными мыслями.


Анатолий. Именно поэтому наборов было несколько. Объясняя цели, поставленные театром, Слава, не умея выражаться просто и доходчиво, старался передать идею образно, читая наизусть стихи Пушкина, Есенина, Маяковского, Цветаевой. Тогда я, кстати, впервые услышал его исполнение и понял, что его участие в театре и в качестве актера не менее желательно. Но он тогда не читал собственных, и всем казалось, что он “продает кота в мешке”.  Никто из нас и не догадывался, что для поэта читать свои стихи – это все равно что бередить собственную рану. Тогда я предложил Славе познакомить актеров, которые колебались в участии в проекте, с его творчеством. Он отправил им по одному-два своему стихотворению наугад из разных сборников.


Лариса. Когда я прочла стихи, я поняла, что знакомство с поэтом может произойти наяву.


Анатолий. И Лариса была не одна. Так у нас сформировалась труппа. На сегодняшний день театр состоит из десяти актеров, есть художники-оформители, операторы; есть даже преподаватель актерского мастерства с двадцатилетним стажем работы – Елена Михайлова, она занимается с актерами треннингом и помогает нам глубже раскрыть сценические образы. Профессионалов такого уровня нельзя соблазнить самодеятельностью. Елена тоже поклонница поэтического творчества Славы Миллера, и ее как и нас всех привлекает уникальность проекта.


Кстати об уникальности. На афишах вашей презентации не случайно указаны слова “ уникальный проект”. Знаете, что-то не верится, чтобы в эмиграции появился не просто русский драматический театр, но еще и уникальный.


Анатолий. Между прочим, об этом неверии мы тоже расскажем в нашей презентации. Наш театр своего рода единственный в мире...


Даже так?!


Лариса. А Вы знаете театр, которым руководит поэт, ставит спектакли по собственным сценариям, в которых использует свои стихи и прозу, и не просто поэтические композиции, а связывает стихотворения сюжетной линией в пьесы, да еще и выступает как актер?


Да, это действительно не случается на каждом шагу, хотя об авторских проектах известно. Воможно, есть и такие, где авторы являются  и режиссерами и актерами.


Анатолий. Это не просто авторский проект – это проект поэта. Поэтому особенно тщательно нам приходится работать над стихами. Слава требует от нас их точного воспроизведения с точки зрения мелодии, а главное оттенков смысла. На каждой репетиции мы углубляемся в их философскую и психологическую суть и находим все новые ее глубины. Он называет не правильно произнесенную строку не погрешностью, а грехом...


Лариса. Это каторжный труд – работать с поэтом: каждая строка, каждое слово, каждый звук, каждое ударение в стихотворении – то, что нам может показаться мелочью – для него очень важно. Он сравнивает исполнение стихотворения с исполнением музыкального произведения: представьте себе, – говорит он, что солист сфальшивит одну ноту ...


Но ведь музыканты могут и импровизировать. Тем более актеры. Я уже не говорю о том, что на все классические произведения у разных режиссеров свое видение, и порой одна постановка того же произведения резко отличается от другой.


Анатолий. Вот именно. Нам же – актерам театра живой поэзии, представляется возможность передать на сцене оригинальную версию произведения – ту, которая автору пришла при написании произведения, а не просто взгляд режиссера, только догадывающегося, что хотел сказать автор. Мы ощущаем огромную ответственность.


Лариса. Стихи поэта – отражение его души. Мы не имеем право его исказить.


Но мне все-таки трудно представить, как уже готовые стихи можно соединять в сюжет. Вы думаете такая пьеса будет не одна или вы будете театром одного спектакля?


Анатолий. У меня тоже были сомненения по этому поводу, когда мы уже начали репетировать пьесу, о постановке которой до идеи создания собственного театра, Слава уже вел переговоры с художественным руководителем одного из московских театров.  А потом, когда появилась идея презентации театра – через неделю, Слава принес новую пьесу.


Лариса. Эту пьесу мы и покажем на презентации.


О чем она?


Лариса. Приходите, узнаете. Скажу только что в ней сочетаются казалось бы несоединимые жанры – сатира и драма. Там будут и стихи, и проза.


Анатолий. Слава в этом спектакле будет играть роль самого себя.


Лариса. Да и мы тоже по большому счету – причем в двух наших ипостасях: с одной стороны – все лучшее, что в нас, с другой – все худшее.


Анатолий. В этом смысле спектакль и о нас, и о зрителях. Вот вам еще одна особенность нашего репертуара – театр, если можно так выразиться, – документальный.


Ну хорошо, а как же вы определяете цель вашего проекта?


Лариса. Духовное обогащение людей. Такова цель искусства.

Анатолий. Наша цель напомнить людям о вечных ценностях, о которых мы забываем в суете жизненных передряг.


В таком случае мне остается только пожелать удачной премьеры и правильного зрителя – зрителя, который действительно ценит и любит поэтическое и театральное искусство. А что означает название вашего театра?


Анатолий.  Я предлагал Славе назвать театр Театром Славы. Но он был непреклонен, объясняя свое решение тем, что ассоциация его имени со значением русского слова, как и сама слава, его привлекает гораздо меньше, чем точный образ.


Лариса. И согласитесь более поэтического названия придумать трудно.


Анатолий. А он и не придумывал. Оно ему явилось также как стихи. Когда мы говорим о человеке, который о чем то задумался, мы говорим, витает в облаках или витает в эмпиреях.


Лариса. Древние греки считали, что в самой высокой части неба обитают боги... Она и называется – Эмпирей.

 

Элионора Беляева



автор и руководитель
Вячеслав Миллер
Главная
Tеатр “Эмпирей”
Вячеслав Миллер
Труппа
Спектакли
Пресса
Гастроли, фестивали
Контакты